Научный журнал
Современные наукоемкие технологии
ISSN 1812-7320
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,909

ВЛИЯНИЕ ФАКТОРА ПОЛА НА ПРОЦЕССЫ АДАПТАЦИИ У ЛИЦ С УСТОЙЧИВЫМИ БАЗОВЫМИ ХАРАКТЕРИСТИКАМИ В СОСТОЯНИИ ПСИХОЭМОЦИОНАЛЬНОГО СТРЕССА

Наймушина А.Г. Соловьева С.В.

Эволюция теории психоэмоционального стресса (ПЭС) и здоровья человека, развитие психосоматической медицины существенно преобразовали взгляд на феномен адаптации и регуляторные механизмы, лежащие в его основе. Системный подход позволил преодолеть разделение видов и уровней адаптации и предложить комплексные критерии устойчивости к влиянию психоэмоциональных и психосоциальных факторов внешней среды.

Ряд исследователей сообщают о том, что женщины переживают ПЭС иначе, чем мужчины, и снижение стрессоустойчивости в большей мере ухудшает показатели психического здоровья и социальной адаптации у лиц женского пола [1,2,3,5,7]. Женщины охотнее посещают психотерапевтические тренинги, чаще жалуются на субъективное чувство напряжения и тревоги, тогда как у мужчин наблюдают антисоциальные расстройства поведения и злоупотребление алкоголем [6]. По наблюдениям А. Б. Смулевича и др. (2007), B. M. O´Connor (2004) женщины молодого возраста более подвержены развитию пограничных психических расстройств (ППР) депрессивного уровня, чем мужчины. В то же время, работ, посвященных исследованию адаптации к эмоциональному стрессу у лиц с устойчивыми базовыми социальными характеристиками (высокий уровень образования, профессиональная адаптация и стабильный брачный статус), мы не встретили.

Цель исследования: изучить индивидуально-типологические особенности психофизиологической адаптации и дизадаптации у мужчин и женщин активного трудоспособного возраста с устойчивыми базовыми социальными характеристиками при длительном психоэмоциональном напряжении.

Материалы и методы исследования

Обследовано 5274 человека, 1822 женщины и 3452 мужчины в возрасте 25-55 лет. Практически все пациенты при первичном осмотре предъявляли жалобы на повышенную утомляемость, нарушения сна, метеочувствительность, неприятные ощущения или боли различной локализации, низкое или высокое АД. Всем пациентам провели: клинико-анамнестическое обследование с изучением морфологических и гемодинамических параметров (измерение АД, вычисление ИМТ, ЭКГ, Эхо-КГ, УЗИ брюшной полости и щитовидной железы, определение уровня холестерина и глюкозы, исследование глазного дна). Психодиагностическое тестирование включало: метод прямого опроса (Хомская Е.Д., 1998), определение стрессоустойчивости по методу
T.H. Holmes, R. H. Rahe (1967, 1982). Методом многоступенчатого отбора из экспериментальной группы исключили лиц с высокой устойчивостью к ПЭС- 1253 человека, лиц с пороговой и низкой устойчивостью к ПЭС и сопутствующими хроническими заболеваниями, патологией ЦНС и дополнительными факторами риска (работа вахтовым методом и по сменам, одинокие люди, лица с признаками асоциального поведения) -2525 человек. Экспериментальную группу составили 1345 пациентов (668 мужчин и 677 женщин), которым провели: психофизиологическую диагностику (тест J. Taylor (1953), тест Н.J. Eysenk (1963) -EPI, тест маскулинности-фемининности S.L. Bem (1974)) и бифункциональное мониторирование АД и ЭКГ («Кардиотехника- 4000»).

Результаты собственных исследований

Эмпирические наблюдения и клинические исследования выделили у 1345 пациентов с ПЭС ряд синдромов, различающихся по характеру установленных факторов риска, гендерной идентичности, разновидности симптомов дисфункции сердечно-сосудистой системы (CCC). В зависимости от уровня артериального давления (АД) у 443 мужчин и 199 женщин впервые диагностировали артериальную гипертензию (АГ) I-II степени. У 72 мужчин и 309 женщин выявили ППР невротического, депрессивного и психосоматического уровней. У 153 мужчин и 169 женщин наблюдали тщательно скрываемые эмоциональные нарушения, соответствующие картине ПЭС в виде астенического синдрома (АС). Высокая распространенность АГ у мужчин- 84,0‰, и ППР у женщин- 58,6‰, указывала на половой диморфизм развития и течения ПЭС.

Было установлено, что ПЭС подвержены в равной доле сотрудники с высшим и средним специальным образованием вне зависимости от возраста, пола, места работы и характера дисфункции ССС, но только 27% из них составили социально адаптированные лица рабочих специальностей.

Анализ психосоциальных факторов показал, что для женщин и мужчин было характерно традиционное ролевое поведение. Для мужчин с АГ и АС ведущим стрессором был страх потерять доминирующую роль в социуме. Для мужчин с ППР эректильная дисфункция выступала в роли ведущего стрессора и клинического синдрома ПЭС.

У всех женщин ПЭС сопровождался типичным внутриличностным конфликтом работающей женщины - противоречивой психосоциальной установки женщин, осознанно приносивших свои профессиональные устремления в жертву традиционным семейным ценностям. Подобный шаг, не был по достоинству оценен окружающими, что заставляло женщин винить в своих неудачах либо себя, либо близких им людей. Чувство вины- это субъективное ощущение, поддающееся психотерапевтической коррекции, уменьшение которого способствует адекватному восприятию ролевого конфликта пациенткой, а следовательно и значительному улучшению качества жизни женщины.

По результатам теста маскулинности-фемининности S. L. Bem (1974) установили, что для мужчин и женщин с АГ доминанта высокомаскулинных черт личности определяла типичную манеру построения взаимоотношений в социуме. Длительное наблюдение за мужчинами с ППР показало, что именно у них происходила акцентуация на состоянии собственного здоровья и доминирование феминных черт характера. У пациенток с ППР наблюдали ярко выраженные высокофеминные черты личности. У мужчин и женщин с АС преобладала андрогинная линия построения гендерных отношений. Общую стратегию компенсаторно-приспособительных механизмов адаптации к новой социально- культурологической и экологической среде обитания во многом определяет гендерная идентичность личности. Гендерные различия являются вторичными продуктами социальных ролей, которые поддерживают или подавляют в мужчинах и женщинах определенные стереотипы поведения. Результаты нашего исследования позволяют сделать вывод о том, что гендерные отношения оказывают влияние на психофизиологическую адаптацию возможно в большей степени, чем детерминанта биологического пола.

Анализ уровня эмоционального напряжения по результатам тестирования тревожности по J. Taylor (1953) показал, что уровень тревожности не имел четкой половой дифференциации, увеличивался с возрастом и был прогностически значимым психоэмоциональным фактором реализации ПЭС только у мужчин и женщин с ППР.

По данным теста Н. J. Eysenk у мужчин с АГ число экстравертов составляло 59%, интровертов- 14%, амбивертов- 27%, у 75% мужчин по шкале нейротизма показатели составли 12,6±0,12 баллов, у 25% мужчин- 18,2±0,08 баллов. У мужчин с ППР были самые высокие показатели по шкале интроверсии (84%) и тесная положительная корреляционная связь с уровнем тревожности и нейротизма. При АС 64% мужчин были амбивертами. У пациенток с АГ экстраверты составили 55%, интроверты- 31%, амбиверты-14%, уровень нейротизма был 16,33±0,32 балла. У пациенток с ППР были самые высокие показатели интроверсии- 57% женщин, экстраверты составили 35%, амбиверты- 8%, уровень нейротизма был 16,54±0,19 балла. Прослежена положительная корреляционная связь между шкалой интроверсии и высоким уровнем тревожности у женщин с ППР вне зависимости от возраста. У женщин с АС были самые высокие показатели амбивертности- 41%, уровень нейротизма был равен 12,63±0,24 балла. Корреляции между уровнем тревожности и шкалой экстраверсии-интроверсии у женщин с АС выявлено не было.

Сердечная деятельность является информативным показателем изменений состояния организма при воздействии факторов внешней среды и играет первостепенную роль в формировании процесса адаптации.

Данные СМАД у мужчин и женщин с АГ соответствовали стойкой артериальной гипертензии, при которой оптимальная степень ночного снижения АД была зафиксирована у 37% обследованных мужчин, недостаточная степень ночного снижения АД - у 40% пациентов, у 8%- повышенная степень ночного снижения АД, чрезмерное снижение ДАД- у 5%, только САД- у 10% пациентов. Оптимальной нагрузка давлением была у 15% мужчин, лабильное АД зафиксировано у 16% пациентов. Стойкое повышение САД и ДАД - у 58% пациентов, только ДАД - у 11% мужчин. У женщин средние значения САД день составили 151,07±0,82 мм рт.ст., САД ночь 128,93±0,96 мм рт.ст., при этом, вариабельность САД день находилась на верхней границе нормы 15,3±0,21 мм рт.ст., ВСАД ночь была равна 9,79±0,24 мм рт.ст. Среднее значение ДАД день было 90,53±0,81 мм рт.ст., а ночью 74,67±0,55 мм рт.ст. Вариабельность ДАД днем и ночью находилась в пределах нормы. Показатели АДср. день и ночь были выше должных значений. Данные СМАД у мужчин и женщин с ППР и АС соответствовали оптимальным изменениям суточного профиля АД, но у 52% мужчин с АС при нормотензивных показаниях суточного профиля АД зарегистрировано недостаточное снижение АД. По данным СМАД у всех женщин вне зависимости от характера дисфункции зафиксировано достоверно более высокое АД (Р<0,01**) в сравнении с офисным измерением, что позволило объективно судить о высокой степени эмоционального напряжения у них.

Полученные данные свидетельствовали о значимых половых различиях показателей холтеровского мониторирования (ХМ). У мужчин при АГ в 63% случаев зарегистрировано недостаточное снижение ЧСС ночью, подтверждающее гиперактивность симпатической нервной системы. У женщин, вне зависимости от характера дисфункции доминировали субъективные симптомы нарушения деятельности ССС при оптимальных данных суточного профиля ЧСС.

Наиболее информативным показателем оценки уровня функционирования системы кровообращения стал индекс функциональных изменений (ИФИ). У мужчин с АГ в возрасте 38,57±0,43 лет ИФИ равный 3,07±0,01 говорил о напряжении механизмов адаптации и нарушении миокардиально- гемодинамического гомеостаза за счет высоких значений амбулаторного измерения САД (146,89±0,47 мм рт. ст.) и ДАД (93,94±0,59 мм рт.ст.), при индексе массы тела- 26,74±0,19. У женщин с АГ в возрасте 45,49±0,33 лет ИФИ составил 3,10±0,02 и соответствовал напряжению механизмов адаптации, при этом показатель «вес», равный 78,24±0,73 кг (ИМТ- 30,47±0,31) указывал на нарушения в системе структурно- метаболического гомеостаза. Напряжение механизмов адаптации было зафиксировано у женщин и мужчин с ППР и АС, хотя показатели АД, роста и веса соответствовали границам физиологической нормы.

Заключение

Было установлено, что при ПЭС существуют значимые половые различия функционирования системы кровообращения, при которых, у женщин прослежен более оптимальный вариант адаптации ССС к длительным психотравмирующим нагрузкам.

Психофизиологическая адаптация и дизадаптация зависит от психологического пола и гендерной идентичности индивида. При этом как совпадение, так и инверсия биологического и психологического пола не могут быть гарантией успешной адаптации личности к постоянно меняющимся условиям внешней среды. Так, преобладание высокомаскулинных черт личности обуславливали развитие АГ, как у мужчин, так и среди женщин. Феминный тип построения гендерных отношений предопределял развитие ППР у лиц обоих полов.

Успешная психофизиологическая адаптация к стрессовым нагрузкам определялась андрогинной манерой поведения субъекта, амбивертностью и вегетативным гомеостазом.

Полагаем, что складывающееся в современной науке представление о патогенетической идентичности психоэмоционального стресса, пограничных психических расстройств и психосоматических заболеваний нашло подтверждение в наших исследованиях. Закономерности, установленные нами демонстрируют адекватность положений теории психофизиологической адаптации человека применительно к представителям конкретных демографических групп обоего пола.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1.   Бодров, В.А. Психологический стресс: развитие и преодоление / В.А. Бодров.- М.: ПЕРСЕ, 2006.- 528 с.

2.   Ильин, Е. П. Дифференциальная психофизиология мужчины и женщины / Е.П. Ильин. - С- Пб.:ПИТЕР, 2007.- 544 с.

3.   Кон, И. С. Междисциплинарные исследования. Социология. Психология. Сексология. Антропология/ И. С. Кон.- Ростов - на- Дону: Феникс, 2006.- 605 с.

4.   Смулевич, А. Б. Депрессии при соматических и психических заболеваниях/ А.Б. Смулевич. - М. МИА, 2007. - 432 с.

5.   Addis, M. E. Men, masculinity, and the contexts of help seeking/ M. E. Addis, J. R.Mahalik, // American Psychologist.- 2003.- №58.- P.5.

6.   Bartlett, A. Do women need special secure services? / A.Bartlett, Y.Hassel // Advances of Psychiatric Treatment.- 2001- №.7. Р. 302-309.

7.   Eagly, A. Sex differences in human behaviour: What are their origins? / A. Eagly / Conference Venue: York Conference Park. The British Psychological Society, 2007.

8.   O´Connor, B. M. Depression: are we ignoring an important comorbidity in heart failure? / B.M. O´Connor, K.E. Joynt // J. Am. Coll. Cardiol. - 2004. - №43. - P. 1550-1552.


Библиографическая ссылка

Наймушина А.Г., Соловьева С.В. ВЛИЯНИЕ ФАКТОРА ПОЛА НА ПРОЦЕССЫ АДАПТАЦИИ У ЛИЦ С УСТОЙЧИВЫМИ БАЗОВЫМИ ХАРАКТЕРИСТИКАМИ В СОСТОЯНИИ ПСИХОЭМОЦИОНАЛЬНОГО СТРЕССА // Современные наукоемкие технологии. – 2009. – № 12. – С. 57-60;
URL: http://www.top-technologies.ru/ru/article/view?id=25921 (дата обращения: 17.01.2020).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074